Утром я покинул священника и пошёл искать Мемориал Ливингстона, не найденный мною вчера. Я казался себе таким опытным танзанийцем, отмахав по Танзании аж 4276 км — это очень много, если учесть, что дороги здесь не всюду хороши и всё это пройдено впервые в истории автостопной науки. А ведь каково было Ливингстону, который был здесь за 130 лет до меня!

Стэнли, отправившийся на поиски Ливингстона, добрался с побережья океана до озера Танганьика всего за семь месяцев (невиданная тогда спешка!), а припасы его несли сто пятьдесят носильщиков. Сам Ливингстон, как уже упоминалось выше, уже много лет находился в Африке, и можно представить, что и он, и Стэнли по пути довольно сильно обтрепались. Тем не менее, в мемориальном музее фигуры Ливингстона и Стэнли (изображённые в момент их встречи в Уджиджи), сделанные из папье-маше, были очень цивильными, Стэнли был в пиджаке и в галстуке-бабочке, а Ливингстон в пиджаке и бритый, хотя известно, что он был к тому времени с седой бородой.

В музее, помимо фигур Ливингстона и Стэнли, висело по стенам пять картин следующего содержания: 1) доктор Ливингстон; 2) Стэнли сидит в Англии и думает: а где же Ливингстон? 3) он отправляется на поиски Ливингстона; 4) встреча г-од Стэнли и Ливингстона; 5) г-да Стэнли и Ливингстон вместе тусуются в Уджиджи. Кроме этих пяти картин и двух фигур, в музее была ещё краткая история г-од Ливингстона и Стэнли, написанная на двух тетрадных листах по-английски корявым детским почерком, эти потрёпанные листочки, являвшиеся, вероятно, школьным сочинением, выдавались всем посетителям миссии для прочтения, чтобы не заботить сторожа пересказом.

Снаружи, на улице, росло манговое дерево, потомок того самого дерева, под которым и произошла столь знаменательная встреча; стоял некий мемориальный камень; кроме этого, ничего занимательного в Мемориале Ливингстона не было выявлено. Я записался в огромный гроссбух — книгу посетителей (мемориал посещали представители всех стран, кроме России) и завершил осмотр миссии, уклонившись от дачи пожертвования неожиданно активизировавшемуся сторожу.

Из исторической деревни Уджиджи я направился в соседний городок Кигому. Дорога между ними была асфальтовая, и я сразу уехал на маршрутке, заплатив 100 шиллингов.

Кигома оказалась довольно длинным городом, растянутым вдоль одной главной улицы. В Кигоме был железнодорожный вокзал, построенный немцами в 1914 году и с тех пор довольно облупившийся; рельсы железной дороги и металлические шпалы, все — начала ХХ века и с тех пор не менявшиеся.

Поезд на Дар-эс-Салам обещали завтра. Рядом с ж.д. станцией был порт, порождающий гидропароходы по водам озера Танганьика в соседние страны: Замбию, Бурунди и Конго-Заир. В Кигоме были консульства Бурунди и Заира, и я даже навестил одно из них, заирское. Но ничего хорошего мне там не сообщили: на том берегу озера местность контролировали повстанцы, а посольство представляло интересы правительства.

Озеро Танганика было велико и прохладно. По глубине это второе озеро мира, после Байкала, и такое же, как Байкал, длинное и узкое. Противоположные гористые берега Конго-Заирской стороны виднелись вдали. На моей стороне была даже песчаная полоса, напоминающая пляж, но купаться я не стал, памятуя страшные рассказы врачей о заразе, живущей во всех африканских реках и озёрах.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>