Архив за месяц: Август 2012

Страница 1 из 111234567...Последняя »

В начале 1999 года мы отправились в своё первое африканское путешествие.

Через Грузию, Турцию, Сирию, Иорданию и Египет мы попали в Судан — в крупнейшую страну Африки, туда, где и по сей день живёт детство человечества.

Там, в стране глиняных домов и соломенных хижин, в этих суданских деревнях, где выйдешь вечером на улицу и не увидишь электрического света; где люди живут в простоте, доброте и вере, как во времена Авраама; где просящему с радостью дадут, и стучащему с радостью отворят; там, где многие люди до сих пор не знают, как мы, что такое ДЕНЬГИ и что такое ВРЕМЯ; там, под раскалённым солнцем Африки, живёт человеческое детство.

В окружении стран-подростков, забавляющимися компьютерами и крылатыми ракетами — оно неизбежно должно повзрослеть или погибнуть. И даже в пыльных суданских деревнях люди вынуждены будут научиться считать деньги, воевать и вечно куда-то спешить.

А пока у них нет часов, над планетой проходят минуты и годы, и порой, в нашей московской суете, мне захочется остановиться

остановиться подумать:

а что будет завтра

завтра

букра

иншалла

Прошёл год.

Первого знакомства с Африкой показалось недостаточно. Более того, захотелось проехать по этому маршруту ещё раз, вновь побывать в гостеприимной Сирии, в щедрой Иордании, в засиженом туристами Египте, и в первобытно-девственном Судане. Кроме того, захотелось побывать и в других африканских странах — Эфиопии (благо, суданско-эфиопская граница, закрытая прежде, вновь успела открыться), Кении, Танзании… В Южной Африке можно было бы попробовать подсесть на попутный пароход, переправиться в Южную Америку, оттуда — в Северную, и через Аляску, Чукотку и Сибирь завершить Кругосветное путешествие.

Читатель предыдущей книги помнит, что тогда, в 1999 году, по Судану путешествовало пятеро автостопщиков — Паша Марутенков, Андрей Петров, Вовка Шарлаев, Костя Шулов, и автор этой книги. Ещё двое — Гриша Кубатьян и Саша Казанцев — достигли Египта; Миша Венедиктов провожал нас до Сирии, другой Миша, Кошелев — до Турции.

На этот раз, в 2000 году, в глубины Африи проникло целых десять человек. Это были: Юра Генералов (Кактус), Олег Костенко, Гриша Кубатьян, Гриша Лапшин, Сергей Лекай, Андрей Мамонов, Олег Сенов, Кирилл Степанов, Вовка Шарлаев и автор этих строк.

В то время, пока мы вдесятером (а затем ввосьмером) перемещались по востоку и югу Африканского континента, — наши коллеги и друзья, Игорь Фатеев ("Бродячий проповедник") и его жена Даша, оба кришнаиты, — проводили своё собственное путешествие.

Среди всех известных мне людей Игорь Фатеев является одним из самых опытных вольных путешественников: на сегодняшний день его стаж составляет почти 500.000 километров. Больше, чем он, проехал только основатель Петербургской Лиги Автостопа, Алексей Воров (1.200.000 км); мы же, сегодняшние «африканцы», даже не будем указывать свой километраж, чтобы не позориться. Игорь объездил пол-Союза, побывал и на Сахалине, и в Чечне, в Средней Азии, а теперь направился в путь (с женой Дашей, с головы до ног увешанной фенечками) по такому маршруту: Москва — Венгрия — Румыния — Болгария — Турция — Сирия — Иордания — Египет — Ливия — Тунис — Алжир — Марокко — Мавритания — Сенегал; из Дакара Фатеевы собирались уплыть в Новый Свет и продолжить путешествие там. Их путешествие имеет интересную особенность: из Москвы они выезжали, имея ноль рублей и ноль долларов.

Как всегда в таких поездках, — находятся люди, которые пока не могут выбраться в многомесячное путешествие, и поэтому провожают нашу компанию на определённом этапе. Таких провожающих было на этот раз шестеро.

Паша Марутенков из подмосковного Оболенска, участник прошлогодней поездки в Судан и недавшей зимней прогулки в Нарьян-Мар, — поначалу собирался проехать с нами весь предстоящий путь. Тогда бы он в свои тридцать лет стал самым старшим участником экспедиции. Паша доехал с нами до Египта, но визу Судана на сей раз получить ему не удалось. Через некоторое время его одолели мысли о Родине и он улетучился домой.

Путешествие автостопом от Москвы до Каира заняло у меня почти месяц.

Выехал из Москвы в сторону Калуги утром 26-го июля, а приехал в Каир днём 24-го августа. Позади осталась Россия, Украина, Румыния, Болгария, Турция, Сирия и Иордания. Об этом путешествии можно было бы написать отдельную книгу. Но сейчас я спешу привести читателя на горячую землю Африканского континента, поэтому о начальном этапе поездки расскажу лишь вкратце.

24 августа, почти через месяц после старта, мы собрались вместе в крупнейшем городе Африки, Каире, в таком знакомом мне Российском Культурном Центре. Двое — Кубатьян и Кактус — уже побывали в РКЦ и направились на юг страны, в Асуан; другие семеро (Кротов, Лапшин, Лекай, Мамонов, Марутенков, Сенов и Степанов) членов нашей мудрейшей экспедиции бурно радовались воссоединению на землях Африканского континента. Помимо нас семерых, в РКЦ обитали ещё два мудреца — Игорь Фатеев ("Бродячий проповедник") со своей женой Дашей.

Завтра у меня — месяц со дня старта. Подготовительный этап завершился, мы в Каире! Сегодня — день всеобщего отдыха, помывки, постирки, бесед и покупок, на то она и пятница, всеобщий мусульманский выходной.

Но мне, в отличие от остальных, надо было поторопиться. Я получил свою суданскую визу раньше всех, 5 июля; в визе значился последний день моего возможного въезда в Судан — 5 сентября. Паром ходит раз в неделю; я знал, что последняя дата моего возможного отправления в Судан — 28 августа, а уже 27 августа, послезавтра, я должен был встречаться в Асуане с

Встал в шесть утра, опасаясь проспать. Над Каиром — великий утренний туман, тепло и сыро, как в общественной бане. Красное утреннее солнце, напоминающее луну, выползая из-за горизонта, медленно протискивалось сквозь туман. Сегодня у меня — месяц со дня старта.

Я попрощался с теми, кто уже успел проснуться, и побежал на метро. В Культурном центре осталось восемь автостопщиков. Марутенков, Степанов и Мамонов, не получив суданских виз, готовятся лететь из Каира прямо в Эфиопию. Другие трое (Лекай, Сенов и Лапшин), имеющие визу Судана, поедут туда неделей позже нас. Супруги Фатеевы будут продолжать попытки достичь Туниса — водным или воздушным путём. Интересно, как сложится их судьба?

В 6.30 утра меня растолкал вчерашний человек, пришедший за циновкой. Я понял, что пора, и покинул своё лежбище. Интересно, в чём причина странного поведения сего человека? Или в парке в 1.00 ночи и 7.00 утра проходят проверяльщики, выгоняя спящих? или здесь запрещено спать без циновки? Кстати, в парке оказалось сыро, полно квакающих лягушек и больших жуков, а наутро неожиданно холодно (перед рассветом).

Итак, я отправился в город на главпочтамт, искать письмо, направленное мне в Асуан "до востребования". Город был в утреннем тумане. Я сел на свой рюкзак на набережной, ожидая открытия почтамта, и Асуан быстро разогрелся, сперва градусов до сорока. Интересно, что в такую жару мясные туши в лавках висят безо всяких холодильников, вокруг вьются мухи, в общем, гигиена на высоте.

Конечно же, в городе Асуан, в конторе "Nile Navigation", где должны были якобы продаваться билеты на паром, — именно там их и не продавали. Значит, всё осталось по-прежнему, как и в прошлом году, когда мы брали билеты прямо в порту за Асуанской плотиной (имемуемой там Саад-эль-Али). Мы пошли на ж.д. вокзал, желая уехать до плотины на пригородном поезде.

Читатель помнит, наверное, как в прошлом году мы пожалели 50 египетских копеек на билет, а в поезде возник билетёр, требующий уже не 50, а 65 копеек с носа, и мы устроили грандиозный скандал с билетёром.

Граница Египта и Судана маркирована круглыми плавучими шарами типа волейбольных. Линия их пересекает всё широкое водохралилище. Наш пароход «Sinai» долго крутился на месте, ожидая, пока к нам с берега подплывёт египетский пограничный катер и даст «добро» на пересечение границы. Наконец это произошло. Мы вплыли в суданские воды, и вскоре, часа через два, на горизонте показались берега и причал уже столь любимой мной Вади-Халфы.

За минувшие полтора года кое-что измененилось. Портовые службы Вади-Халфы приобрели моторную лодку, взамен той деревянной лодки с вёслами-обрубками, про которую написано в предыдущей книге. Прошлогодний хелпер с венистыми руками, не советовавший ездить по миру без его помощи, на этот раз не успел встретить нас — мы быстро отправились на выход и с ним, вероятно, разминулись. Таможенники, как и в прошлый раз, не распаковывали ни один короб и не заглянули ни в один рюкзак, и так же, как в прошлый раз, половина жителей посёлка вышли встречать пароход.

Как и в прошлом году, между портом и основной деревней находилась лишь растрескавшаяся земля и развалины глиняных домов, когда-то размытых половодьем. Было очень тепло. Мы зашли в один из домов уточнить дорогу, и сразу нас зазвали внутрь на отдых, чай и угощение. Мне было приятно попасть вновь на суданскую землю, где принято зазывать и угощать путников; Гриша и Кактус тоже возрадовались. Нам предлагали и переночевать, но мы отказались и, отягощённые пищей, потащились по песчаным улицам в сторону указанной нам трассы.

Но не успели мы дойти до края деревни и до людей, угощавших нас в прошлом году, когда мы ждали машину, — как на юг поехала «Тойота» с пустым кузовом. Нам несказанно повезло — она ехала в Донголу. Но, так как торопиться нам не следовало, мы попросились с ней до следующей деревни, Акаши. Машина ехала быстро, в кузове страшно трясло, и всего через два с половиной часа мы, преодолев 115 км, были выпущены из машины там, где должна была располагаться Акаша, вторая от северной границы суданская деревня.

Наутро, как только стало светло, я отправился фотографировать всё, что было в Акаше. Сперва попросил разрешения сфотографировать женщину, готовящую еду на огне, и мне это разрешили. Наши российские хозяйки, имеющие газ, воду и элекричество на кухне, не должны жаловаться на "тяжёлый быт". Здесь же огонь — из каких-то огрызков дерева, дым и копоть; электричества и не было никогда; а количества посуды, имеющегося на кухне у любой москвички, с избытком бы хватило на три-четыре суданских деревни, подобных Акаше. Но больше всего нас удивила сейчас в Судане вода.

Вся вода, какую мы только могли видеть в этой стране, от Вади-Халфы почти до самой столицы, была из Нила, который приобрёл чёрный цвет по причине сезона дождей на юге Судана и в Эфиопии, откуда этот Нил вытекает. Не только в бочках, но и в кружках и стаканах вода была абсолютно непрозрачной и содержала изрядную дозу грязи с эфиопских полей и южносуданских дорог. Густая, противная жидкость вызывала у нас всю дорогу отвращение, и надо же — даже в некоторых городах, даже в городском водопроводе была грязь, не сравнимая ни с чем в России. Вода Москвы-реки, болотные российские лужи, мартовская грязь из-под колёс машин, всё это по сравнению с суданской питьевой водой было просто стерильно.

Последнее утро календарного лета. Пустыня. Мы достали "вражеский прибор" — GPS, определяющий координаты по спутникам. Этот прибор нам выделил в пользование московский человек Сергей Бритов. Прибор определяет ваше местонахождение в мире с точностью до нескольких метров, определяет широту, долготу, высоту над уровнем моря. Сейчас мы мы находились на 20º44 17" северной широты. До моего дома по прямой всего 3944 километров, до Кейптауна целых 6180 километров. Это что, получается, мы только в самом начале пути?

Мы вышли на окраину Абри, и вдруг видим — навстречу идёт наш вчерашний Омар из грузовика!

— Ну, как вам отель?

Страница 1 из 111234567...Последняя »