Мы постучались в ворота. Нам открыл молодой бородатый египтянин лет 25-ти, это и был священник. Мы объяснили нашу сущность, и он пригласил нас в дом. Жил он там с женой и дочкой лет семи. От лусакского отца Джона он отличался цветом бороды (в Лусаке батюшка был рыжебородый, а этот оказался чёрнобородым), ростом был повыше, а возрастом помоложе, чем его коллега из Замбии.

Участок земли, где ныне находится церковь, приобрёл африканский епископ ещё в 1991 году. По теории этого отца, благовествование надо начинать из провинции, а не из столиц, так как в столицах люди слишком озабочены погоней за временем, за деньгами и т. п… Находясь в разъездах по Африке, сей епископ приобретал участки земли в разных странах, и вот один из них оказался в Намибии, в Ондангве.

Однако прошло немало лет, прежде чем удалось найти деньги на постройку собственно храма. И вот сей священник, окончив в Александрии курсы миссионеров, был послан сюда для благовествования. Так вот, в книгах всё было просто, рассказывал он, а на деле — совсем неожиданно сложно!

Во-первых, церквей в Ондангве открыто уже великое множество.

Католики, баптисты, лютеране, иеговисты, все протестанты и сектанты уже обжились здесь и имеют свою паству. К новоприбывшему православному священнику относятся холодно, даже не здороваются. Единственный, кто здоровается, — католический священник! Остальные даже внимания не обращают.

Во-вторых, очень тяжело быть здесь… с бородой. Все христианские проповедники и священники, как живущие в Намибии, так и показываемые по телевизору — бритые. А мусульмане тоже имеют здесь свою церковь, они не называют её «мечеть», а говорят "церковь мусульман", и все там с бородами. И все думают, что православный священник = мусульманский священник, и переубедить их невозможно.

Даже когда идёшь по домам, рассказываешь о Библии, о Христе, всем интересно, — под конец благодарят: "спасибо, уважаемый мусульманский священник, за прекрасный рассказ". И после крещения, или венчания — то же самое: "спасибо, мусульманский священник!" Они никак не могут понять разницу!

Поэтому, из-за большой конкуренции и из-за спутывания с мусульманами, священник сей и не добился большой популярности своей церкви. Единственные прихожане — в Ондангве есть четыре семьи коптов-египтян, все они работают учителями физики, они и ходят в церковь. И вот уже второй год, а благовествование плодов не приносит.

Мы с интересом слушали рассказ сей, и, чтобы благовествование принесло хоть какие-то плоды, попросились помыться. Наша просьба была исполнена. В доме священника обнаружился горячий душ. Должна была иметься и кухня, но нам оттуда принесли только по стаканчику кока-колы. Мы сидели довольно долго, всё ожидая, что священник предложит оставаться на ночлег или поужинать, но тщетно. Когда же мы сами спросили о ночлеге, оказалось, что ночевать в доме у священника невозможно: это-мол частная собственность, а также юарский епископ запрещает иностранцам ночевать у подконтрольных ему священников. Правда, нам разрешили поставить палатки возле здания самой церкви, которая виднелась неподалёку. На всей большой церковной территории было только одно здание — собственно церковь, остальная земля пустовала, но высокий забор вокруг был предусмотрительно покрыт колючей проволокой и стёклами, вставленными сверху.

Священник погрузил нас в машину и отвёз на 50 метров, в церковь, во дворе которой мы и расположились. День склонялся к вечеру, собирался дождь. Мы расставили палатки: я — под козырьком церкви, Кирилл с Андреем — в будке для сторожа, которая была пуста.

Мы поблагодарили священника, попрощались с ним, и он уехал на машине обратно домой (хотя это было совсем рядом), спать в защищённом от ветров и дождей помещении. Мы же, удивляясь на то, что нас не пустили даже внутрь самой церкви, подальше от дождей и комаров, — залегли спать в палатках. Дров вокруг не было, и костёр разводить было нам не из чего.

Завершая описание сей православной церкви, замечу следующее. Вероятно, всё же не длина бороды, не количество конкурентов и не удалённость от столиц влияют на успех миссионерской деятельности. Отец Джон из соседней Лусаки и в столице жил (хотя, вроде бы, миссионерство в столице труднее, чем в провинции), и бороду тоже имел (не жалуясь на сие), и конкурирующих церквей в Лусаке на порядок больше, чем в Ондангве. Однако, к о. Джону люди шли и были от него в восторге. А сей священник, хотя, вероятно, много библейских книг прочитал и всё по букве правильно делал, но любви такой пылкой к своим прихожанам не имел, и даже имя его я сейчас вспомнить не могу.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>